Книга недели

Алексей Сальников « Петровы в гриппе и вокруг него»

  Это невероятная «простая и обезоруживающе обаятельная история» загрипповавшей семьи с папой-автослесарем, мамой-библиотекарем и второклассником-сыном.  Происходящие события перемешиваются и объединяются в причудливые неожиданные комбинации как в калейдоскопе.

      Старший Петров, такой себе человек без имени, среднестатистический неудачник без амбиций, но  своеобразный, а главное мыслящий.  И может, не стал бы Петров так много думать и фантазировать, не застигни его врасплох грипп. Так и идет повествование: неясно, то ли в измененном состоянии сознания нашему персонажу все причуды жизни привиделись, то ли и в самом деле жизнь - такое хитрое и виртуозное сплетение неслучайных встреч и решений. Сальников стремится показать, что иногда, кажущиеся заурядными люди, таят в себе такие страсти и тайны, которым бы позавидовали даже самые безрассудные. "Петровы в гриппе..." - о том, что все в жизни имеет смысл, даже если кажется бессмысленным; все имеет последствия, даже если кажется беспричинным. В каждом из нас есть своя "изюминка", как и уж точно она есть в этом  произведении. Можно согласиться с  писателем Алексеем Ивановым, который сказал, что у автора "Петровых в гриппе… " получилось, как ни у кого до этого, описать современность, передать некий сюрреализм времени в котором мы живем.

Можно добавить, что книжная семья Петровых,  живет на Урале: в бывшем Свердловске и нынешнем Екатеринбурге. Город  в 2000-е…  Кто помнит это время, почувствует ностальгию, поскольку  встретит в романе описание знакомых мест и маршрутов, которыми перемещаются главные герои книги.

     Сюжет  оригинален, непредсказуем, увлекателен. Необычен и самобытен язык, в котором угадываются как уральские словечки, так и в целом язык нашей эпохи. Роман для тех, кто ценит смелое, необычное и веселое.

       Об авторе:

      Среди писателей, заявивших о себе широкой публике в последние пять лет, имя Алексея Сальникова — одно из самых ярких.

    Родился Алексей Борисович Сальников в 1978 году в Тарту (Эстония). С 1984 года живёт на Урале. Дебютировал в литературе как поэт.     Публиковался в «Литературной газете», журналах «Уральская новь», «Воздух», «Урал», альманахе «Вавилон», выпусках антологии «Современная уральская поэзия». С выходом романа «Петровы в гриппе и вокруг него» писатель получил всероссийскую известность.  «Я обдумывал «Петровых…» шесть лет, жил с этим. А потом написал за два месяца. Герои часто творили что хотели, и я шел у них на поводу», - сказал в одном из интервью писатель. Роман  удостоен премии «Национальный бестселлер» (2018).  Алексеем Сальниковым написаны и другие романы: «Нижний Тагил», «Отдел», «Опосредовано». В настоящее время автор работает над  новой книгой.

      Цитаты:

 Когда Петров видел столько людей, перемещающихся туда и сюда, он хотел только одного – сидеть в углу и не отсвечивать.

***

Он был яркий, но как пластмасса, которая тогда была очень модной и была везде (из нее даже мебель делали), в нем не было ничего своего.

***

Рядом с урной было столько окурков, будто урна ждала кого-то на свидание и много курила.

***

Что говорить, если этот волшебный человек прямо на лету исхитрился в хлам напоить наряд ППС, который их с Петровым остановил, а после Игорева тоста: «Ну, чтобы вам все с рук сходило, как фээсбэшникам», – один из особо чувствительных милиционеров едва не подарил Игорю табельное оружие.

***

 Выкурив по одной сигарете, они решили выкурить еще несколько – про запас.

***

Петров никаких особых амбиций не имел даже в прошлом, от чего не мог испытать разочарования в жизни никаким образом.

***

Бабушка не отпускала его купаться, потому что боялась, что он утонет, не разрешала забираться на крышу, потому что боялась, что он разобьется, не разрешала даже много читать, потому что Петров мог испортить зрение. Единственное, что ему можно было делать на даче, – это сидеть на крыльце, глазеть по сторонам и слушать ворчание бабушки на то, что растет такой бездельник.

***

 Такое печенье и вафли в таких упаковках неизвестно почему будили внутри Петровой что-то человеческое.

***

И вот, когда я понимаю, что вся жизнь моя наперед расписана, как бы набросана карандашом, и только контуры осталось обвести – вот от этого тяжело.

 

                                                     Е.С. Копылова, зав. сектором художественной литературы


Алексей Иванов. Пищеблок

     Алексей Иванов — писатель, сценарист, культуролог. От книги к книге он смело экспериментирует с содержанием, стилем и жанровой формой, работает в самых разных литературных форматах. «Географ глобус пропил», «Блуда и МУДО», «Общага-на-Крови» и «Ненастье» — современная городская проза. «Золото бунта», «Сердце пармы» и «Тобол» — модернистские исторические романы. «Псоглавцы» и «Комьюнити» — интеллектуальные триллеры. «Горнозаводская цивилизация», «Хребет России» и «Вилы» — масштабные фотокниги о национальной и нестоличной истории. Как замечают критики, «Алексей Иванов — удивительно многогранный писатель, который пишет о разном и по-разному, но всякий раз — блестяще».

О романе

   Продюсер Иванова Юлия Зайцева назвала роман «Пищеблок» «метамодернистским коктейлем, в котором остросюжетность, ирония и страх парадоксально смешались с нежностью, ностальгией и тонким юмором».

     Группа подростков приезжают в живописный детский лагерь с богатой историей во время "Олимпиады-80". Те, что постарше, работают вожатыми, помоложе "отдыхают". И, конечно, дружат, противостоят, влюбляются, ссорятся, как и в любом коллективе. Но они не знают, что ночь таит угрозу жизни и воле…  Алексей Иванов со знанием дела рисует пионерский быт и атмосферу олимпийского года, мастерски выводит сленг, традиции и мифологию пионерлагерей, развивая в этих колоритных декорациях динамичный сюжет. Однако «ПИЩЕБЛОК» — внешне простая и весёлая история — поднимает, как и все романы Иванова, глубокие и сложные вопросы.

    «…Я как будто прокатилась в машине времени. Кто успел побывать в еще пионерском лагере меня поймут, кто нет- достаточно посмотреть фильм "Добро пожаловать или посторонним вход запрещен". Все так и было. К тому же я вспомнила то, что успела забыть! Легенды про Беглых Зэков, игру "сапер", "секретики", словечки и поговорки. И мы тоже заглядывали под юбки статуям. Иногда мне приходилось откладывать книгу, чтобы продышаться и отсмеяться. Было классно», - это отзыв на роман одной из читательниц. И мы с ней солидарны.

Цитаты

Олимпиада начиналась через неделю. Все ждали её открытия с каким-то непонятным предчувствием праздника – так ждут Новый год, надеясь, что всё плохое само собой отвалится и останется в прошлом. 

***

Когда вожатые или учителя говорили, что дают пионерское задание, это означало, что работа будет скучная, трудная и за кого-то другого. 

***

Мы же общество, а не стадо, и потому должны жить по правилам. Однако есть вопрос: по каким? Не знаю, кто придумывал правила для нас, но в них почему-то слишком тесно даже хорошему человеку! И человек несчастлив, хотя ни в чем не виноват! 

***

Кто не рискует, тот не пьёт валидол.

***

- У нас все должны в чём-нибудь участвовать. А кто не все - того накажем. 

***

Имени Титяпкина никто не знал, да с такой фамилией имя и не нужно. 

***

От Серпа Иваныча веяло спокойствием и добродушием, словно самое страшное в своей жизни он уже пережил, а остальное не стоило нервов. 

***

- Вам нельзя так говорить! Вы же учитель.-Учитель, но не дурак! 

***

Что скажешь в свое оправдание, Лагунов? - Ничего не скажу! - огрызнулся Валерка. Ему было неприятно, что его поставили перед всеми и развинчивают на детали. Серебристый свет хмурого дняказался хирургическим. 

***

Нельзя начинать с победы, это расслабляет. 

***

Дурацкие дела надо делать вместе с кем-то, тогда они уже кажутся не дурацкими.

***

Товарищеским судом он был приговорён к коллективу.

                                                                                                       Е. С. Копылова, зав. сектором обслуживания

 


Сергей Довлатов. «Заповедник и другие истории»

      Иногда происходят всплески интереса к творчеству уже хорошо известных авторов. Недавно так произошло  с книгами Сергея Довлатова. Напомним читателю, что Сергей Довлатов - один из наиболее популярных и читаемых русских писателей конца ХХ - начала XXI века. Его повести, рассказы и записные книжки переведены на множество языков, экранизированы, изучаются в школе и вузах. "Заповедник", "Зона", «Компромисс», «Иностранка", "Наши", "Чемодан" - эти и другие удивительно смешные и пронзительно печальные довлатовские вещи давно стали классикой. Мастер исключительной простоты в написании текстов и превосходного юмора радует читателя произведениями,  читая которые улыбнётся даже самый закоренелый и хмурый читатель.

      Рекомендуемый для прочтения  сборник «Заповедник и другие истории» включает три произведения «Зона», «Компромисс», «Заповедник».

Довлатовская "Зона" - это четырнадцать эпизодов из жизни зеков и их надзирателей, истории сосуществования людей за колючей проволокой, рассказанные просто и с отрезвляющим юмором, за которым совершенно ясно можно расслышать: "Ад - это мы сами". 

     «Компромисс» - сборник из 12 рассказов. Истории из журналистской жизни автора в Таллинне. Показывая в своих историях советскую негибкость, зашоренность, формализм, он заставляет то смеяться в голос, то прятать снисходительную улыбку, то подавлять в себе возмущение от ограниченности ряда героев. Фаворитом может стать любой рассказ.

      «Жизнь расстилалась вокруг необозримым минным полем. Я находился в центре», - так говорит о себе главный герой повести «Заповедник», приехавший в пушкинские места поработать экскурсоводом.  Но повесть Довлатова не о великом поэте. Это грустная история о советской интеллигенции 60-70 годов. О неустроенности, неопределённости, неудовлетворенности… Грустная и, вместе с тем, веселая книга.

      Немного об авторе:

      Писать прозу Сергей Довлатов начал еще в армии. Но журналы и газеты отвергали сочинения автора, поэтому писателю пришлось печататься в «Самиздате», а также эмигрантских журналах. Подобную практику в СССР, мягко говоря, не приветствовали. Довлатова исключили из Союза журналистов, и Довлатов уже не мог работать по специальности. Длительный период творческой биографии Сергей Довлатов не мог реализоваться как писатель. А вот когда Сергей Донатович уехал в Америку, там рассказы автора стали печатать один за другим. Первая публикация в эмиграции заставила Сергея Довлатова воспрянуть духом и поверить в себя. Благодаря престижным журналам Partisan Review и The New Yorker Довлатов добился большого признания читателей.

      Сергей Довлатов умер в возрасте 49 лет 24 августа 1990 года от сердечной недостаточности, в машине скорой помощи по дороге в больницу. Похоронен в Нью-Йорке на кладбище "Маунт Хеброн."

     Цитаты из произведений:

«Я убедился, что глупо делить людей на плохих и хороших... На злодеев и праведников... Человек неузнаваемо меняется под воздействием обстоятельств».

 ***

«Свобода одинаково благосклонна и к дурному, и к хорошему. Под ее лучами одинаково быстро расцветают и гладиолусы, и марихуана...»

«Мы без конца проклинаем товарища Сталина, и, разумеется, за дело. И все же я хочу спросить — кто написал четыре миллиона доносов?»

 ***

«- До Нового года еще шесть часов, - отметил замполит, - а вы уже пьяные, как свиньи.

 - Жизнь, товарищ лейтенант, обгоняет мечту, - сказал Фидель». 

 ***

«О журналистах замечательно высказался Форд: «Честный газетчик продается один раз»».

 ***

«Мне стало противно, и я ушел. Вернее, остался».

 ***

«Жена советует: «Тебе надо бегать по утрам». А я отвечаю: «Если побегу, то уже не вернусь…»».

 ***

«Было в Михал Иваныче что-то аристократическое. Пустые бутылки он не сдавал, выбрасывал».

 ***

«Тебя угнетают долги? У кого их не было?! Не огорчайся. Ведь это единственное, что по-настоящему связывает тебя с людьми…».

 ***

«Я столько читал о вреде алкоголя! Решил навсегда бросить… читать».

 ***

«Единственная честная дорога — это путь ошибок, разочарований и надежд. Жизнь — есть выявление собственным опытом границ добра и зла… Других путей не существует…».


Шарлотта Роган. Шлюпка.

       Лето 1914 года. Двадцатидвухлетняя Грейс Винтер на комфортабельном лайнере  возвращается из Лондона в Нью-Йорк. Посреди Атлантики на судне происходит загадочный взрыв, и лайнер тонет. Грейс и тридцать восемь других пассажиров оказываются в переполненной шлюпке. Три недели шлюпку носит по волнам. Люди посреди океана – драматическая, острая ситуация. Что их ждет впереди? Есть ли надежда на спасение? Трудно даже представить, что пришлось пережить обитателям ненадежного плавательного средства. Находящиеся в шлюпке пассажиры вынуждены столкнуться со своей самой черной стороной. Словно позолоченная мишура, постепенно спадают с людей их воспитание и моральные принципы. Остается только одно - физические потребности организма и желание выжить любой ценой…

 Несколько слов об авторе

     Шарлотта Роган родилась в 1953 году в семье моряков и естествоиспытателей. После окончания Принстонского университета в 1972 году она работала в сфере архитектуры и инженерного искусства. Шарлотта Роган начала писать книги в возрасте за 30 и написала несколько романов, однако не публиковала их. В 2012 году вышел  ее дебютный роман «Шлюпка». Дебютная книга писательницы была тепло принята читателями, переведена на несколько языков.

     Динамичный сюжет, напряженная ситуация, непредсказуемые поступки людей, неоднозначность восприятия развернувшихся событий  - все это присутствует в романе и представляет интерес для читателя. Книга наталкивает на определенные мысли о жизненных ценностях, человеческой сущности, собственном бытие … И это уже не мало.

 

Цитаты

 «У человека один путь: родился, страдал, помер. С чего вы взяли, что заслуживаете другой участи?»

***

«По моему опыту, любое событие можно объяснить хоть пятью причинами, однако главной всегда окажется шестая».

***

«Кто привык к большим деньгам, того оскорбляет сама мысль, что его жизнь может в одночасье измениться».

***

 «Я тогда подумала, что любой нормальный человек, попади он в эту ледяную неподвижность, просто собрался бы с духом и шагнул за борт, чтобы только не видеть эту шлюпку и засевшее в ней отребье». 

***

 «До сих пор не могу выбросить из головы жестокость мистера Харди: конечно, это было чудовищно; конечно, никому из нас не хватило бы духу мгновенно принять такое кровавое решение; конечно, оно спасло нам жизнь. Вопрос в другом: правомерно ли считать это жестокостью, если любое другое действие обрекло бы нас на верную смерть?» 

***

 «— Советую задуматься, как вы выглядите в глазах общества. — В глазах общества! — ухмыльнулся Харди. — Общество знать не знает о моем существовании!»

***

 «Нельзя долго балансировать на грани возможного - волей-неволей приходится делать шаг либо в одну сторону, либо в другую».

***

«…судьба для того испытала (или благословила) меня скитаниями длиной в двадцать один день, чтобы я никогда больше не считала природу райским садом на земле, чтобы не думала, будто власть - это хранившийся в кармане у Генри ключ от сейфа или же полномочия судьи Поттера…»

***

 «Люди, способные отдавать, получают взамен не менее ценные, а то и более ценные подарки».

***

«А будущее оставалось непроницаемым — даже для мыслей. Где доказательства, что оно существует? Или когда-нибудь наступит?»


 

Шлинк Бернхард. Чтец 

      Роман «Чтец» не издательская новинка, но в нашей библиотеке появился недавно. После выхода в свет книга стала международным бестселлером. "Чтец" переведен на тридцать девять языков мира и собрал целый букет престижных литературных премий в Европе и Америке.

          Об авторе

     Бернхард Шлинк — знаменитый немецкий писатель, публицист, эссеист, сценарист и юрист; первый западногерманский профессор права, один из наиболее читаемых современных прозаиков, лауреат нескольких престижных международных премий в области литературы.

Бернхард Шлинк родился 6 июля 1944 года. Примерно в конце восьмидесятых годов начинаются его первые литературные опыты. «Право — вина — будущее» — под таким заголовком в 1988 году Шлинк опубликовал своё первое публицистическое эссе, где затрагиваются темы, позднее ставшие ключевыми для романа «Чтец». На русский язык переведены  романы «Возвращение», «Три дня»,  цикл «Частный детектив Герхард Зельб», «Гордиев узел», «Женщина на лестнице», «Ольга», сборник рассказов «Другой мужчина», новеллы «Летние обманы».

      О романе 

г. Хайдельберг, Западная Германия. 15-летний школьник Михаэль Берг знакомится с 36-летней кондуктором трамвая Ханной Шмиц. Между ними возникает роман. Сплетение чувств, запахов, мгновений и книг...  Шлинк преподносит о таком сложном и интимном без пошлости, красиво и эстетично. Через несколько месяцев Ханна внезапно исчезает…

      Но «запретная» трагическая любовь не главное в этом произведении. Через 8 лет студент-юрист Михаэль попадает на показательный процесс по делу надсмотрщиц концлагеря Освенцим. Среди подсудимых он узнает Ханну….

      В сравнительно небольшом по объёму романе автор смог поднять темы и проблемы, животрепещущие и мучительные до сих пор для многих его соотечественников. Это ощущения чувства вины и стыда молодого поколения немцев за нацистское прошлое своей страны, семьи. Шлинк на примере переплетения любви и истории показал, что преступления нацизма сохраняются в памяти на долгие годы и влияют на жизнь не одного поколения  людей [и не только в Германии].
        По роману снят одноименный фильм британским режиссёром Стивеном Долдри.

       В этой книге есть все, чтобы оценить ее по достоинству: слог автора, история сложной любви, описание реалий послевоенной Германии, финал, который только добавил этой истории реалистичности. Непростая, но очень достойная книга.

Цитаты

«Поскольку правда того, что ты говоришь, заключается в том, что ты делаешь, то лишние разговоры можно оставить».

  ***

«Ты не значишь так много, чтобы расстроить меня».

***

«Я застеснялся нашей связи. Знаю, такое отрицание – самый незаметный вид предательства».

 

                                                                                            ***
 «Жизнь наша многослойна, ее слои так плотно прилегают друг к другу, что сквозь настоящее всегда просвечивает прошлое, это прошлое не забыто и не завершено, оно продолжает жить и оставаться злободневным»..

***

«Возможно, в юности и в молодости его внутренняя жизнь была действительно богата душевными переживаниями, но поскольку они не находили выражения, то с течением лет все зачерствело и умерло». 

***

«Бегство это не только удаление от чего-то, но еще и приближение к чему-то».

***

«Суд шел над целым поколением, которое востребовало этих охранников и палачей или, по крайней мере, не предотвратило их преступлений и уж во всяком случае не отвергло их хотя бы после 1945 года; мы судили это поколение и приговаривали его к тому, чтобы оно хотя бы устыдилось своего прошлого».

***

«Когда я оглядываюсь назад, в голову приходит довольно много таких ситуаций, которых я стыжусь и которые причиняют мне боль. Я знаю, что пережитое хотя и ушло в прошлое, однако осталось для меня неразрешенной проблемой». 

                                                                      Е.С. Копылова, зав сектором обслуживания         

 


Элис Хоффман. Карибский брак

    Элис Хоффман — американская писательница, прозаик.   Родилась в Нью-Йорке 16 марта 1952 года.  Автор 23 романов, 3 сборников рассказов и 8 книг для детей и подростков, большинство из которых признавались прессой лучшими книгами года. Ее произведения переведены на двадцать языков и выдержали более ста изданий в разных странах мира. По романам и сценариям Эллис Хоффман снято 6 фильмов.

  Основные направления творчества: магический реализм, исторические романы, фантастика. Э. Хоффман считается одним из наиболее выдающихся романистов-современников.

   Роман «Карибский брак» вышел в свет в 2015 году. Российские читатели познакомились с ним  позже.

Все было против них: несхожесть воспитания и темперамента, родные, общественное мнение. Она пошла наперекор всему и вышла замуж за любимого человека. Она – Рахиль Помье, он - Фредерик Пиццаро,  родители знаменитого на весь мир художника-импрессиоиста 19 века Камиля Писсаро, наставника Сезанна.

  Действие романа берёт начало в 1807 году в Вест-Индии, на острове Сент-Томас, в еврейском поселении. Главная героиня Рахиль Помье живёт с родителями, её мать скорбит по умершему сыну и не очень-то любит дочь. Дочь — своенравная и независимая девочка, которая целыми днями, назло матери, читает книги в биб­лиотеке отца и мечтает о гламурной парижской жизни. Она растёт не такой, как остальные девушки, не стремится замуж, перечит матери, но любит отца. И всё-таки по воле родителей, чтобы спасти семейный бизнес, Рахиль приходится выйти замуж за вдовца с тремя детьми намного старше неё. Но ей нагадали, что она встретит мужчину, которого полюбит всей душой… 
 И  кто знает, появился бы на свет великий импрессионист, если бы одна женщина не пошла против всех? 

Книга читается с интересом. Увлекательный сюжет о жизни незаурядной еврейской девушки,  ее взрослении, обретении мудрости и, конечно, о любви. Одним словом, книга, достойная внимания читателя. Рекомендуется не только любителям романтического жанра. Особенный стиль, мастерство автора помогают проникнуть в атмосферу изображаемых событий, почувствовать эмоциональное состояние героев и оценить  книгу по достоинству. Приятное  времяпровождение за чтением романа! 

Цитаты

      Наверное, именно это не нравилось маме больше всего - то, что я была похожа на неё. Я невольно задавалась вопросом: не было ли это для некоторых женщин самым большим грехом? 

***

         Её сердце было разбито, но продолжало работать. 

***

        Я поняла, наконец, слова моей матери о том, что я пойму её печаль, когда мой ребёнок принесёт мне такую же. 

***

        ... нельзя заставить человека тебя любить: либо он тебя любит, либо нет, и никакое колдовство, хитрость или молитвы тут не помогут. 

***

        ... художник может в один миг постичь человека лучше, чем другой за всю жизнь.

***

        Иногда, чтобы видеть, надо закрыть глаза. 

***

        Возможно, я не до конца понимала свои чувства, но сознавала, что каждая глава книги даёт мне больше, чем сотня разговоров с моей матерью. 

***

        Папа никогда не видел Парижа, но я решила, что когда-нибудь обязательно побываю там за него. 

***

        Разногласия не должны растравлять наши души и мешать нам жить нормально. 

***

       Савари учил его прислушиваться к мнению тех, кого он уважает, а на остальных не обращать внимания. «Нельзя реагировать на все, чему подвергает тебя мир», – говорил он. 

***

        ... люди, желая избавиться от неприятных воспоминаний, часто переиначивают для себя события прошлого и свою роль в них. 

***

        …некоторые вещи надо брать с собой, когда переходишь в иной мир. 

                                          Е. С. Копылова, зав сектором обслуживания Центральной городской библиотеки им. А. Н. Арцибашева


Захар Прилепин. Обитель

Лауреат престижных российских премий 2014 года: «Книга года»«Книжной премии Рунета», премии «Большая книга». Это о романе Захара Прилепина «Обитель». «Обитель» можно рекомендовать для прочтения всем. Неслучайно информацией об этом произведении мы завершаем год в  данной рубрике и включаем ее в список лучших книг года. 

В романе описываются события конца двадцатых годов прошлого века. Место действия – Соловецкий лагерь особого назначения. Волею случая здесь оказались враги народа: контрреволюционеры, священнослужители, нэпманы, зажиточные крестьяне и вместе с ними уголовные элементы. Словом, полный спектр заключенных. Здесь на острове они отрезаны от мира других людей. 

 В лагерь попадает молодой парень Артем Горяев. За убийство отца. Он борется за свое место под холодным северным солнцем. Борьба в лагере идет не на жизнь, а на смерть. Кто-то умирает от болезни, от тяжелой работы, в карцере, в роте, на улице, кого-то убивают блатные за сигарету, за рубль, за взгляд… Работа от заката до рассвета, чтобы не оставалось времени вообще, даже на здоровый сон. Артем не исключение. 

Роман – кладезь людских характеров: сильных, смелых, слабых, трусливых. Мы видим, как лагерь меняет людей, ломает характеры, выворачивает жизнь. Удивительно, что в  романе нет разделения героев на главные и второстепенные, здесь все одинаково равны и значимы. 

 «Обитель»  Прилепина – это взгляд через столетие, через призму нашего знания о том времени. Все события очень реалистичны. Роман читается  на одном дыхании. 

 

Немного об авторе 

Захар Прилепин - один из лучших российских современных авторов. Его перу принадлежат романы «Патологии»«Санькя»«Грех», «Чёрная обезьяна», «Обитель», а также сборники рассказов, повестей, эссе. Лауреат многих литературных премий. 

Писатель, филолог, публицист Захар Прилепин (настоящее имя Евгений Николаевич Прилепин) родился в 1975 году. Известен также своей общественно-политической, гуманитарной и военной деятельностью в России и странах «ближнего зарубежья». 

 

Цитаты из книги

***

Я думаю, у вас тут государство в государстве, – сказал Артём. – Свои владения, свой кремль. Свои палаты, свои монахи. Своя армия, свои деньги. Своя газета, свой журнал. Своё производство. Свои парикмахеры и гетеры. Свои палачи, – здесь Горшков дрогнул щекой и перевёл взгляд на Эйхманиса, но тот не реагировал. Артём продолжил: – Свои театры, служащие и, наконец, заключённые… При въезде, я слышал, заключённым кричат: “Здесь власть не советская, а соловецкая”. Это правда. Религия здесь общая – советская, но жертвоприношения – свои. И на всём этом вы создаёте нового человека. Это – цивилизация! 

***      

До Эйхманиса здесь заправлял другой начальник лагеря, по фамилии Ногтев, – редкая, даже среди чекистов, рептилия. Каждый этап он встречал сам и лично при входе в монастырь убивал одного человека – из револьвера: бамс – и смеялся. Чаще всего священника или каэра выбирал. Чтоб все знали с первых шагов, что власть тут не советская, а соловецкая – это была частая его присказка. 

*** 

Оказалось, что дурная, на износ работа расти не помогает, но, напротив, забивает человека в землю по самую глотку. Человек растёт там, где можно разбежаться, подпрыгнуть, спугнуть птицу с высокой ветки, едва не ухватив её за хвост.

***

Есть два золотых дня – вчера и завтра, – приговаривал мелкий, метра в полтора мужичок, стоявший возле Артёма. – Вчера уже прошло, Господь позаботился о том. Завтра я вверяю ему, он позаботится и о нём. И остаётся один день – сегодня. Когда я молитвенно свершаю свой труд.

** 

Когда так много мирской мерзости клубится вокруг – только и остаётся, что нести ласковую улыбку поперёк лица. 

*** 

Человек тёмен и страшен, но мир человечен и тёпел. 

*** 

            Суп пах, как лесной концерт. Эти чёртовы грибы выросли под птичий в сто тысяч голосов гомон и теперь сами запели: их голоса струились вокруг и волновали невероятно…

***

Его мир ничем не отличается от войны.

***

Человек думает, что он думает, – а он даже не в состоянии постичь своё сознание. 

                                                                   Е. С. Копылова, зав сектором обслуживания Центральной городской библиотеки им. А. Н. Арцибашева

 

.